— Тебе, Санечка, ещё рано гулять, у тебя ещё не прошла простуда.

Санечка вздохнёт понимающе:

— А ты пойди не со мной. Ты пойди погуляй с Борей и Осей.

И тут ослику Осе и баранчику Боре захочется подпрыгнуть от радости и скатиться с окна кувырком, но они будут смирно стоять, опасаясь, что их не возьмут на прогулку.

И совёнка Севу возьмите, — напомнит Санечка, — и козлёнка Кузю, и обезьянку Читу… Дедушка! Не забудь, пожалуйста, взять обезьянку Читу!

Чита лежит, уткнувшись в какую-то книжку, но и ей, конечно, хочется погулять. Всем хочется погулять, не хочется одному дедушке. Дедушка с большим удовольствием уткнулся бы в книжку, как обезьянка Чита, но что поделаешь?

Дедушке приятно, что Санечка не просто болеет, что он болеет и за своих друзей. Болеть ведь тоже можно по-разному.

И дедушка надевает пальто, берёт в охапку всю эту честную компанию, отчего становится немного похожим на игрушечный магазин, и отправляется на прогулку.

Наш любимый воробей

Мы опять не узнали нашего воробья. Мы приняли его за чужого воробья, а чужого воробья приняли за воробья нашего.

Все воробьи похожи друг на друга.

Самим-то им это не кажется, они умеют друг друга различать, а мы их различать не умеем и всякий раз не узнаём нашего любимого воробья.

Наверное, мы недостаточно его любим.

Того, кого любишь, ни с кем не спутаешь.

Дерево

Нашёл Муравей грушевое семечко. «Дай, думает, — его посажу. Вырастет из него дерево, заберусь я на самую верхушку, погляжу, что вокруг делается».